В 1953-1956 гг. советская внешняя политика была отмечена постепенным установлением новых отношений с двумя социалистическими странами — Китаем и Югославией, опытом поиска разрядки в отношениях с Западом и переоценкой представлений о нейтралитете третьего мира.
Примечательно, что через несколько дней после кончины Сталина газета «Правда» поместила фотографию Маленкова вместе с Мао Цзэдуном, которая, как выяснилось, была смонтирована. Эта манипуляция имела не только анекдотический характер: Маленков и правящая верхушка почувствовали необходимость использовать престиж Мао для утверждения своего авторитета и идеологической легитимности как в СССР, так и в международном коммунистическом движении. Китайский лидер не преминул воспользоваться этим для удовлетворения интересов Китая по широкому кругу вопросов, в первую очередь экономических. Уже 26 марта 1953 г., соглашение о торговле с СССР, переговоры о котором в течение нескольких месяцев стояли на месте, было заключено на выгодных для Китая условиях. СССР обязался предоставить ему значительную помощь для строительства 146 крупных промышленных объектов. В октябре 1954 г. Хрущев, Булганин и Микоян отправились в Пекин, где дополнили это соглашение предоставлением новых крупных кредитов.
СССР и Китай тесно и на равных правах сотрудничали в разрешении двух тяжелых международных кризисов: войны в Корее и войны в Индокитае. В конце марта 1953 г. Советский Союз и Китай приняли соглашение о плененных во время войны в Корее — пункт, в который в течение двух лет упирались переговоры, — что открыло дорогу к подписанию 27 июля 1953 г. перемирия в Пханмунджоме. Женевская конференция по Индокитаю стала вторым шагом в уменьшении международной напряженности. Желая добиться успеха переговоров, в критические моменты конференции СССР и Китай совместно сдерживали вьетнамскую делегацию. Это новое отношение к Китаю как к привилегированному союзнику, несомненно, содействовало оздоровлению советско-китайских отношений.
Это же желание оздоровить отношения СССР с социалистическим лагерем лежало в основе советско-югославского примирения 1955 г. - события, произведшего несравнимо больший эффект, чем без шума проведенное урегулирование отношений между СССР и КНР.
«Хрущев начал, несмотря на сопротивление Молотова, подготавливать сближение с Югославией. 26 мая 1955г. Хрущев, Булганин и Микоян совершили визит в Белград, во время которого Хрущев выразил «искреннее сожаление по поводу возникших ранее разногласий, ответственность за которые он переложил на «ныне разоблаченных врагов народа Берию, Абакумова и других, которые сфабриковали фальшивые материалы против югославских руководителей». Опубликованное 2 июня совместное заявление не только содержало признание, что развитие мирного сосуществования предполагает сотрудничество всех государств, независимо от идеологических и социальных различий, но и провозглашало, что вопросы внутренней организации общественного строя и различных форм социалистического развития относятся к исключительному ведению народов разных стран. Югославия получила также значительную экономическую помощь. Со своей стороны она не сделала никаких значительных уступок, оставшись на позициях нейтралитета», [4, с. 346].
Для государств Восточной Европы, которым советская модель была навязана в качестве единственно возможного социалистического пути в чрезвычайно трудных условиях, даже осторожное признание Советским Союзом законности югославского пути создавало опасность пересмотра ряда принципиальных положений.
Хотя внутриполитические изменения в социалистическом лагере оказались в среднесрочном плане самыми значительными, новые советские руководители считали более насущным пересмотр отношений с капиталистическими странами, поскольку их состояние представляло куда более серьезную опасность для передышки, необходимой новому руководству для скорейшего утверждения своего авторитета и власти в собственной стране. Главным вопросом отношений между Востоком и Западом оставалось перевооружение Германии. Западные проекты создания европейского оборонительного сообщества, предполагавшего объединенное командование европейских армий и в которое была бы интегрирована Западная Германия, особенно беспокоили Москву, боявшуюся, что в этих новых европейских вооруженных силах Федеративная республика займет доминирующее положение и тем самым под угрозой окажется не только Восточная Германия, но и Польша, и Чехословакия - два государства, чьи западные границы ФРГ отказывалась признать окончательными. Несмотря на то, что планы европейского оборонительного сообщества не были осуществлены, парижские соглашения октября 1954 г. закрепили включение Западной Германии в военную организацию НАТО. Для обсуждения изменившейся ситуации в ноябре 1954 г. в Москве было созвано совещание представителей европейских социалистических стран. Произнесенная на совещании Молотовым речь была однозначно направлена против продолжения разрядки и призывала к коллективному отпору в случае ратификации парижских соглашений. Поскольку широкая кампания протеста, развернутая во время и после встречи, не смогла помешать этой ратификации, в мае 1955 г. в Варшаве было проведено новое совещание, рассмотревшее вопрос о создании Организации Варшавского Договора. Тем временем Маленков был снят со своих постов и значительно ослаблено влияние Молотова в правящей группе. Стараниями Хрущева создание Варшавского пакта сопровождалось предосторожностями, которые должны были ясно показать нежелание СССР усиливать напряженность в отношениях между Востоком и Западом. Пакт представлял собой ответ, сочтенный необходимым, но довольно сдержанный по тону и содержанию. Хотя в военном плане создание пакта ощутимо не изменило соотношение сил в Европе, оно способствовало развитию отношений между СССР и восточноевропейскими странами, которые до этого опирались только на неоспоримый авторитет Сталина и двусторонние соглашения, а также надолго легализовало присутствие советских войск в Восточной Европе.
Формирование политических взглядов
Летом 1887 года семья Ульяновых, в которой уже не было Ильи Николаевича - он скоропостижно скончался в январе 1886 года, - покинула Симбирск и поселилась в Казани. Там Владимир Ульянов поступил на юридический факультет Казанского университета. В характеристике, направленной директором Симбирской гимназии А.Ф. Керенским по запросу Казанс ...
Заключение.
Когда смотришь на события, которые произошли в Латинской Америке после гибели Эрнесто Че Гевары, невольно вспоминаешь совет известного уже читателю Туда Шульца, автора книги «Ветры революции», заклинавшего своих коллег не следовать правилам рассудка или логики, анализируя здешнюю действительность. Главное же, предупреждал Шульц, не пыта ...
Русская православная церковь во второй половине XIX в
Церковь и освобождение крестьян. Подготовка крестьянской реформы проходила в обстановке острой борьбы. В числе противников реформы находились и некоторые высшие православные иерархи. Казанский епископ Афанасий в речи перед дворянами заявил, что «церковь не находит причин действовать своим влиянием к освобождению крестьян».
Противники р ...
