Немаловажным обстоятельством в становлении самосознания нэпманов явилось отношение предпринимателей к властям. Нэпманы не любили советскую власть, но старались не обострять с ней отношения. Вопросы, которые корпоративные организации предпринимателей поднимали перед государственными органами, не имели принципиального характера и не затрагивали основ политики по отношению к частному капиталу.
Исключение составлял только один вопрос – лишение предпринимателей избирательных прав. Нэпманы не хотели мириться со своим положением граждан второго сорта и неоднократно протестовали против несправедливого избирательного закона. Например, владелец крупного кожевенного магазина в Новосибирске Бухалов, говорил корреспонденту "Советской Сибири": «Какое имели право меня голоса лишать? Налогу я плачу больше всех . Советская власть палочную расправу учиняет, под палкой заставляет молчать, голоса лишает .В свободной России не должно быть пасынков. А мы самые настоящие пасынки и есть.» [40]
Примечательно, что Бухалов делает упор и на общедемократические ценности ("В свободной России не должно быть пасынков"), и одновременно, подчеркивает свою исключительность («Налогу я плачу больше всех»). Такая двойственность сознания была характерна для нэпманов.
В целом, отношение нэпманов к властям можно охарактеризовать как терпеливую покорность. Предприниматели надеялись, что государство рано или поздно осознает необходимость и полезность частного предпринимательства и решит все наболевшие проблемы. Это, впрочем, совсем не мешало нэпманам обманывать государственные органы на каждом шагу.
По мере свертывания НЭПа, взгляды предпринимателей менялись. Если в начале и даже середине 20-х годов нэпманы с энтузиазмом поддерживали все постановления, направленные на создание нормальных условий для работы частного капитала, то в конце 20-х их отношение к государству существенно изменилось.
В 1924 году правительство издало закон о льготах частным золотопромышленникам, и предприниматели немедленно пошли в золотодобывающую отрасль.[41] Однако всего лишь четыре года спустя, в 1928 нэпманы фактически проигнорировали аналогичный закон о льготах частным строительным фирмам.[42] Предприниматели, наученные горьким опытом, полагали, что это еще один из способов, при помощи которых государство хочет выманить у них деньги. Таким образом, доверие нэпманов к властям постепенно ослабевало.
Суд и армия.
Высшими судебными инстанциями были царь и Боярская дума. Основная масса судебных дел решалась в приказах, а также воеводами, помещиками и вотчинниками. Характерно, что органы государственной власти и управления ведали судом. Суд отличался самовластием приказных, местных начальников, волокитой и мздоимством. Наряду с состязательным проце ...
Рост Шаммарского эмирата
Среди феодальных государств, на которые распалась Аравия после ухода египтян, особое значение приобрел Шаммарский эмират. Его столицей был город Хаиль. Утвердившаяся здесь еще в 30-е годы XIX в. новая династия Рашидидов воспользовалась ослаблением Неджда, чтобы укрепить свою власть. Рашидиды признавали вассальную зависимость от Неджда, ...
Основные события Смуты
Пока на Московском престоле сидели государи старой привычной династии, прямые потомки Рюрика и Владимира Святого и строители Московского государства, население в огромном большинстве своём безропотно и беспрекословно подчинялось своим «природным государям». Но когда династия прекратилась и государство оказалось «ничьим», земля растеряла ...
