Принятием христианства Русь становилась в ряды европейских государств и вместе с тем обнаружила желание занять твердое положение на Дунае и Черном море. Расширение политического кругозора, как следствие предыдущих сношений с империей, должно было привести русских князей к сознанию, что в старой вере отцов нельзя иметь влияния ни между болгарами, ни между греками. Христианскую веру и сопутствующую ей письменность на славянском (родном для древних русов) языке Древняя Русь получила от Византии, первую - непосредственно от империи, вторую - в основном через посредство болгар, принявших крещение раньше Руси на столетие с четвертью, а едва через полвека после этого освоивших и усовершенствовавших славянскую грамоту.
Культурный обмен далеко не всегда подвергался строгому контролю и регламентации со стороны официальной власти. Культурные связи с Византией и южнославянскими странами стали уже в XI в. настоятельной потребностью расширяющегося круга просвещенных людей русского общества, и удовлетворение этой потребности далеко не всегда целиком зависело от политических акций высшей власти обеих сторон. Устойчивости культурных связей способствовали, разумеется, никогда не прерывавшиеся официальные связи между русской и Византийской церквами. Даже в периоды резкого обострения отношений в политической сфере русская церковь должна была функционировать как неотъемлемая часть Константинопольской патриархии.
С рубежа X-XI вв. в Древней Руси в течение длительного времени проживали представители культурных кругов империи: священнослужители, архитекторы, живописцы, мозаичисты (они концентрировались в основном в подворье киевского митрополита-грека), а в Византии часто и подолгу пребывали русские послы, воины, купцы, паломники. В Константинополе существовала русская колония, обладавшая определенными юридическими правами; русы жили и близ столицы империи постоянно, ежедневно вступая в тесное общение с греками.
Взаимная отдаленность двух стран затрудняла общение, но она же и исключала осложнения, вызываемые обычно пограничными конфликтами. Древняя Русь приняла крещение, не испытав на себе, в отличие от балканских стран, никакого военного или политического давления со стороны Византии, как не знала она и ее притязаний на непосредственное господство над неофитами. Атрибуты византийской цивилизации никогда не были на Руси символами иноземной власти.
Разумеется, более или менее точная датировка начала культурных связей невозможна.
Первые контакты со славянами Восточной Европы уходят в глубокую древность. В письменных источниках они фиксируются с VI в. Начало проникновения на Русь христианства относится уже к рубежу VIII-IX вв. Русские стремились к регулярным связям с Византией, а имперская дипломатия никогда не упускала случая, чтобы не попытаться крестить желавших общения с империей «варваров». За 100 лет контактов до крещения десятки тысяч русов из самых разных социальных слоев ознакомилась с византийскими формами жизни, с бытом богатых и бедных византийцев, нормами морали и основами их религии. Во всяком случае, число христиан на Руси к 980 г. и число осведомленных об основах христианского учения был, по всей вероятности, гораздо значительнее, чем это признано в историографии.
Иранская революция 1905-1911 гг.
Процесс превращения Ирана в полуколонию сопровождался усилением развития товарно-денежных отношений и появлением капиталистического уклада. К началу XX в, в Иране уже было несколько текстильных, спичечных, бумажных фабрик, небольших электростанций. Формировались новые классы — национальная буржуазия и пролетариат. Однако развитие капита ...
Война с Францией (1798–1799 гг.)
Конец царствования императрицы Екатерины II совпал с великими потрясениями, вызванными в Европе французской революцией. С 1792 г. почти все монархические государства Европы во главе с Великобританией, Австрией и Пруссией находились в войне с молодой Республикой. Однако они особых успехов не имели, и союзники взывали к «монархической сол ...
Парижский период
(1886-1890)
Винсент Ван Гог в начале 1886 года написал своему брату Тео, пытаясь убедить последнего, что Париж-это то, что Винсенту нужно. Тео слишком хорошо знал непостоянство характера брата и воспротивился его приезду. Но, как всегда, неугомонный Винсент просто приехал в первых числах марта в Париж, и Тео ничего не оставалось делать, кроме как п ...
