В июле 1940 г. в германском генштабе началась разработка конкретного плана войны против СССР, и уже 18 декабря Гитлер утвердил директиву, согласно которой вооруженным силам предписывалось «разбить Советскую Россию в кратковременной кампании еще до того, как будет закончена война против Англии (вариант «Барбаросса»)». По «оптимистическим» прогнозам, кампания могла быть успешно завершена за 1,5—2 месяца, по «более осторожным» за 4—5. Во всяком случае война планировалась при абсолютном условии ее обязательного окончания до наступления зимы 1941 г.
Установки Гитлера не оставляли сомнений в том, что ставка делалась на уничтожение СССР и радикальное сокращение его населения за счет смерти от голода и насильственного выселения за линию Волга—Архангельск. Прежде всего предусматривалось уничтожение русских как народа [18, с.145].
Неотвратимость войны с Германией отчетливо осознавалась высшим руководством СССР и подавляющей частью советского народа. Среди них определенно имелись люди, видевшие в надвигавшейся войне возможность побед очередных «большевистских революций». Некоторым предстоящие события представлялись еще проще. Л. 3. Мехлис, начальник Главного политического управления Красной Армии, говорил на XVIII съезде партии, что задачу, поставленную Сталиным на случай войны, надо понимать так: «Перенести военные действия на территорию противника, выполнить свои интернациональные обязанности и умножить число советских республик». Сталин же, занявший 5 мая 1941 г. пост Председателя правительства, сознавал неготовность Вооруженных сил к участию в современной войне. Надеясь, что, пока Германия не разделается с Англией, она не решится напасть на СССР, он избрал тактику всемерного оттягивания начала войны, с тем чтобы завершить техническое перевооружение и увеличить численность армии [5, с.460].
К сожалению, высшее военное командование Красной Армии в то время еще не осознало и не оценило в полной мере принципиальных изменений, произошедших благодаря вермахту в военно-оперативном искусстве. Доказательством тому — заявление наркома обороны СССР С.К.Тимошенко на совещании высшего руководящего состава РККА, проходившем с 23 по 31 декабря 1940 г.: «В смысле стратегического творчества опыт войны в Европе, пожалуй, не дает ничего нового». Не менее любопытное признание сделал впоследствии Молотов: «Мы знали, что война у порога, не за горами, что мы слабее Германии, что нам придется отступать. Весь вопрос был в том, докуда придется отступать — до Смоленска или до Москвы, это перед войной мы обсуждали» [18, с.146].
Сталин действительно боялся надвигавшейся войны с Германией. Он всеми средствами старался оттянуть ее начало. Эту цель преследовали в определенной мере и поставки в Германию из СССР нефти, пшеницы и сырья в 1940-1941 гг. Но этим Сталин лишь укреплял потенциального противника и помогал ему в подготовке к походу на Восток.
Десять дней спустя после возвращения Молотова из Берлина советское правительство изложило свою позицию по вопросу заключения пакта четырех государств (Германии, Италии, Японии и СССР) о политическом сотрудничестве и экономической взаимопомощи. 25 ноября 1940 г. в Кремле Молотов заявил Шуленбергу о готовности СССР принять проект пакта четырех держав о политическом сотрудничестве и экономической взаимопомощи при условии вывода немецких войск из Финляндии, заключения пакта о взаимопомощи между Советским Союзом и Болгарией, признания его территориальных устремлений южнее Батуми и Баку в направлении Персидского залива, предоставления морских и сухопутных баз СССР в районе Босфора и Дарданелл, отказа Японии от угольных и нефтяных концессий на Северном Сахалине. Все эти предложения подлежали оформлению в виде пяти секретных дополнительных протоколов к пакту четырех. В Москве с нетерпением ждали ответа. Время шло, а гитлеровское правительство молчало. Ответ Берлина так и не поступил [17, с.321].
Таким образом, несмотря на все предпринимаемые И.В. Сталиным меры по оттягиванию начала войны с фашистской Германией, - война началась внезапно. И здесь кроется один из главнейших просчетов во внешней политике СССР того времени – никто не мог предположить, что Германия перед тем как развернуть нападение на Великобританию изберет другой вектор своей агрессии – восточный, и обрушит свои вооруженные силы на Советский Союз.
Однако, несмотря на все просчеты во внешней политике стоит отметить, что именно благодаря ей Советскому Союзу удалось отодвинуть угрозу начала войны для себя практически на два года, на протяжении которых СССР удалось решить ряд территориальных вопросов как в западном направлении, так и на Дальнем востоке, что надо думать оказало положительное влияние на окончательный исход Второй мировой войны.
Русская армия во второй половине XVIII в.
Вторая половина XVIII в. оказалась еще более насыщенной военными событиями, чем первая. Хронологически в нее входят: Семилетняя война с Пруссией (1756–1763 гг.), война со Швецией (1788–1790 гг.), с Францией (1798–1799 гг.), две войны с Турцией (1768–1774, 1787–1791 гг.) и три войны с Польшей (1768–1772, 1792 и 1794 гг.). Вооруженные сил ...
Политика Александра III в годы правления
(1881-1894).
1881 года судьба поразила Александра Александровича новым «испытанием» - событием 1-го марта. «Бедного папа» не стало, и огорченный «наследник», наконец, получил свое наследство, превратившись в императора, «самодержца всероссийского».
Он пережил целый ряд покушений на своего «милого», а потом «бедного папа» и научился их бояться, если ...
Причины и характер Второй Мировой войны
Вторую мировую войну подготовили и развязали государства агрессивного блока во главе с гитлеровской Германией. Возникновение этого глобального конфликта уходило своими корнями в версальскую систему международных отношений, основанную на диктате стран, победивших в первой мировой войне и поставивших в унизительное положение Германию. Тем ...
