В Сузах Александр устроил празднество, отмечая захват Персидской империи и свадьбу - свою собственную и своих восьмидесяти военачальников: в продолжение его политики слияния
македонян и персов в единую расу они взяли себе жен - персиянок. Александр и Гефестион женились соответственно на дочерях Дария Статире и Дрипетиде, а десять тысяч его солдат, женатых на местных женщинах, получили от него щедрые дары.
Политика этнического слияния все больше портила его отношения с македонцами, которым совсем не нравилось его новое понимание империи. Их сильно возмущала его решимость включить персов в армию и администрацию провинций на равных с ними правах. Прибытие тридцати тысяч юношей, прошедших македонскую военную подготовку, и включение восточных воинов из Бактрии, Согдианы, Арахозии и других земель империи в конницу гейтаров только раздуло огонь их недовольства; в дополнение ко всему, персидская знать с недавних пор получила право служить в конной армии царя. Большинство македонцев видели в этой политике угрозу их привилегированному положению. Этот вопрос крайне обострился в 324 году, когда решение Александра отправить на родину македонских ветеранов во главе с Кратером были истолковано, как намерение перенести местопребывание власти
в Азию. Вспыхнул открытый мятеж, в котором не участвовала только царская охрана. Но когда Александр все-таки распустил всю армию македонцев и на их место набрал персов, оппозиция была сломлена. За эмоциональной сценой примирения последовало грандиозное пиршество (девять тысяч гостей) в ознаменование окончания разногласий и установления партнерских отношений в управлении македонцами и персами. Подчиненные. Покоренные народы в это содружество не вошли. Десять тысяч ветеранов отправились с дарами в Македонию, и кризис был преодолен.
Летом 324 года Александр попытался решить проблему неприкаянных наемников, тысячи которых скитались по Азии и Греции; многие из них - политические изгнанники из собственных городов. Декрет
, привезенный Никанором в Европу и провозглашенный в Олимпии (сентябрь 324 года), предписывал всем городам Греческого союза вернуть всех изгнанников и их семьи (кроме фиванцев).
Осенью 324 года в Экбатанах умер Гефестион, и Александр устроил своему ближайшему другу небывалые похороны в Вавилоне. Греции он велел чтить Гефестиона как героя, и, видимо, именно с этим повелением было связано требование, чтобы и ему самому воздавали божественные почести. Уже давно лелеял он мысли о своей божественности. Греческая философия не проводила четкой разделительной черты между богом и человеком. Их мифы дают не один пример того, как человек, совершив великие деяния, обретал статус божества. Александр не раз поощрял лестные сравнения своих деяний с теми, которые совершили Дионис или Геракл. Теперь он, похоже, становится убежденным в реальности своей божественности и требует ее признания другими. Нет причины полагать, что это требование было обусловлено какими-то политическими целями (статус божества не давал его обладателю никаких особых прав в греческом городе - государстве). Скорее это было симптомом развивающейся мании величия и эмоциональной неуравновешенности. Города волей-неволей уступали его требованию, но зачастую делали это с иронией: в спартанском декрете говорилось: "Если Александр желает быть богом, пусть будет богом".
Государственное управление
Создание огромной империи, включившей множество завоеванных стран, усложнение хозяйственной жизни, в которую постоянно вмешивалось государство, сложность социальных взаимоотношений - все это поставило перед государственным аппаратом ряд новых задач и вызвало его существенную перестройку. С усложнением функций и объема государственного у ...
Русь языческая
До половины IX в., т. е. до прихода варягов, на обширном пространстве нашей равнины, от Новгорода до Киева по Днепру направо и налево, все было дико и пусто, покрыто мраком: здесь жили люди, но без правления, подобно зверям и птицам, наполнявшим их леса. В эту обширную пустыню, заселенную бедными, разбросано жившими дикарями, славянами и ...
Итальянские победы
В феврале 1859 года приготовления к войне были закончены, и граф Кавур пригласил в Турин Гарибальди с предложением вербовать волонтерские отряды. Хотя Гарибальди подозрительно отнесся к планам Кавура относительно войны против Австрии, он все же принял это предложение. "Я привык подчинять любые свои политические убеждения цели объед ...
