В ночь с 24 на 25 февраля Хрущев в течение четырех часов зачитывал делегатам «секретный доклад», показывавший развитие и упрочение «культа личности», его проявления и последствия за прошедшие 20 лет. Доклад был насыщен деталями, которые шокировали аудиторию, он рисовал новый образ Сталина – образ тирана, день за днем создававшего свой культ, образ некомпетентного, не желавшего никого слушать диктатора, «оторванного от народа» и ответственного за катастрофическое экономическое положение страны в 1953 г.», [4, с. 350].
А.Н. Яковлев, журналист, историк и философ, присутствовавший на ХХ съезде, так рассказывает о своих впечатлениях:
«Мне повезло. Достался билет и на заключительное заседание съезда 25 февраля 1956 года. Пришел в Кремль за полчаса до заседания. И сразу же бросилось в глаза, что публика какая-то другая — не очень разговорчивая, притихшая. Видимо, одни уже что-то знали, а других насторожило, что заседание объявлено закрытым и вне повестки дня. Никого из приглашенных на него не пустили, кроме работников аппарата ЦК. Да и с ними поначалу была задержка, но потом все утряслось.
Председательствующий, я даже не помню, кто им был, открыл заседание и предоставил слово Хрущеву для доклада «О культе личности и его последствиях». Хрущев на трибуне. Хмур, напряжен. Видно было, как он волновался. Поначалу подкашливал, говорил не очень уверенно, а потом разошелся. Часто отходил от текста, причем импровизации были еще резче и определеннее, чем оценки в самом докладе.
Я буквально похолодел от первых же слов Хрущева о злодеяниях и преступлениях Сталина. Все казалось нереальным, даже то, что я здесь, в Кремле, и слова, которые перечеркивают почти все, чем я жил. Все разлеталось на мелкие кусочки, как осколочные снаряды на войне. В зале стояла гробовая тишина. Не слышно было ни скрипа кресел, ни кашля, ни шепота. Никто не смотрел друг на друга — то ли от неожиданности случившегося, то ли от смятения и страха, который, казалось, уже навечно поселился в советском человеке.
Я встречал утверждения, что доклад сопровождался аплодисментами. Не было их. А вот в стенограмме помощники Хрущева их обозначили в нужных местах, чтобы изобразить поддержку доклада съездом.
Особый смысл происходящего заключался в том, что в зале находилась высшая номенклатура партии и государства. А Хрущев приводил факт за фактом, один страшнее другого. Уходили с заседания, низко наклонив головы. Шок был невообразимо глубоким. Особенно оттого, что на этот раз официально сообщили о преступлениях «самого» Сталина, — «гениального вождя всех времен и народов». Так он именовался в то время»,
[6, с. 176].
Своим докладом Хрущев не без риска для себя упрочнил свою позицию лидера. Он совершил еще один тщательно обдуманный ход, потребовавший определенных качеств характера. Чтобы узнать о Никите Сергеевиче больше, необходимо ознакомиться с его биографией.
Ещё одна утопия В.И. Ленина
Однако весной 1921 г. Ленин и его окружение не предвидели такой радикальной перегруппировки различных экономических сил на рыночном поле сражения за выбор пути развития страны. Явно не желая расставаться с утопическим идеалом натурального продуктообмена и всеобщей уравниловки,
они планировали перейти от принудительного «продуктообмена ...
НЭП - время расцвета потребительской кооперации
В годы нэпа часть предприятий розничной торговли, отобранных у частника, постепенно передавались потребительским и другим видам кооперативов. Но одновременно государство расширяло и свой сектор в сфере торговли и услуг - крупные оптовые предприятия, оптово- розничные универмаги, такие как ГУМ и ЦУМ, фабрики - кухни.
К концу 1926 г. ...
Зарождение феодальных отношений. Первые государственные образования на
территории Польши
После раздела империи Карла Великого между его внуками (Верденский договор 843 г.) в столице восточных франков — расположенном на Дунае городе Регенсбурге — появилось «Описание городов и областей к северу от Дуная». Его анонимный автор, которого сегодня называют Баварским географом, используя известия более раннего времени, а также сооб ...
