XIX в. в истории России, как и в истории других восточноевропейских стран, заметно отстававших от передовых стран Европы по уровню социально-экономического, политического, культурного развития, стал эпохой, когда идеи обновления всей общественной жизни прочно овладевали умами людей. К этому времени под влиянием идей Английской революции, распространившихся глубоко рациональных, прагматических сочинений английских экономистов, могучей проповеди французских просветителей, а позднее Великой французской революции на Европейском континенте происходили грандиозные перемены — страна за страной вступала в период промышленных революций, ломались обветшалые средневековые экономические и политические структуры, прорисовывались контуры будущего демократического общества.
Каждая страна примеряла к себе новые, буржуазные, демократические одежды, и эта «примерка» происходила болезненно. Тем более болезненно, чем более отсталой и консервативной была страна. Принципы во многом были общими, но воплощались они в весьма специфических условиях. Это порождало глубокие общественные противоречия, порой придавало истории черты трагизма, драматически влияло на судьбы людей.
Россия не была в этом смысле исключением. Но она встала на путь перемен значительно позднее других европейских стран: слишком велика была давящая сила самодержавной политической системы, могущественного консервативного класса землевладельцев-помещиков; слабым было промышленное развитие и как результат этого — замедленное формирование третьего сословия. И все же либеральные настроения постепенно распространялись, с каждым десятилетием шире становился шаг российских реформаторов. Со временем расширялась и социальная почва либерально-реформаторских идей. Государственный либерализм, возникший в узкой среде представителей самодержавной власти в последней трети XVIII - первой четверти XIX в., постепенно находил опору в нарастающем либеральном общественном движении. Но грозная сила реакционных общественных институтов чаще всего сводила на нет попытки подлинного реформирования страны.
XIX в. как раз и выявил это противоречие российской жизни, несхожесть развития России с развитием западных стран. Противоречия века преломились в судьбах российских реформаторов.
Каждый из них представлял собой эпоху в истории отечественных реформ, каждый являл собой яркую, неординарную личность, каждый пережил счастливые времена осуществления (хотя бы частичного) своих сокровенных общественных идеалов, практических планов, каждый в определенные периоды своей государственной карьеры сталкивался с величайшими трудностями, непониманием и враждебностью со стороны той среды, которая поднимала их к реформаторской деятельности, и становился горьким свидетелем собственного заката[1].
В истории России конца XIX — начала XX в. фигура Сергея Юльевича Витте занимает исключительное место. Глава Министерства путей сообщения, многолетний министр финансов, председатель Комитета министров, председатель Совета министров, член Государственного совета — таковы его основные служебные посты. Этот известнейший сановник оказал заметное, а во многих случаях и определяющее влияние на различные направления внешней, но особенно внутренней политики империи, став своеобразным символом возможностей и одновременно беспомощности российской государственной системы.
Описать жизнь и дела Сергея Юльевича Витте трудно. Это объясняется не только тем, что он довольно долго, без малого двадцать лет, занимал лидирующие позиции в императорских коридорах власти, но в еще большей степени тем, что это была чрезвычайно сложная и противоречивая натура. В его характере, поступках и намерениях удивительным образом переплетались искренность и лживость, преданность долгу и откровенный цинизм, глубокие знания и поразительное невежество. Витте был парвеню на петербургском бюрократическом олимпе и в силу своей натуры так и не смог стать своим в этой специфической среде. Он умер одиноким, сломленным человеком, полным желчи и ненависти ко всем и вся, хотя свою судьбу, свою участь всегда созидал собственными руками. Но критическая самооценка ему была неведома, и он до последнего мгновения своего земного существования безнадежно играл роль отверженного гения[2].
Правление Василия Шуйского (1606 - 1610 гг.).
Во время народного возмущения против Лжедмитрия I с Лобного места на Красной площади царём был "выкликнут" Василий Шуйский, стоявший во главе боярского заговора против самозванца. Василий Шуйский был представителем самой знатной и родовитой боярской фамилии, находившейся в очень тесном родстве с Рюриковичами.
Новым царём были ...
Реформа политической системы в СССР (1987-1990 гг.). Новые
структуры государственной власти.
Вскоре после начала перестроечных изменений стало ясно, что меры принимаемые руководством партии и страны, недостаточны. Ими нельзя заставить работать изжившую себя систему. В определенной мере это нашло признание в речи М. С. Горбачева на январском пленуме ЦК КПСС 1987 Г.:
« .мы видим, что изменения к лучшему происходят медленно, дело ...
Социальная структура индоариев
Племена индоариев - это коллективы выступающие как единое целое, но уже знакомые с социальными и имущественными различиями. Это племена типа протогосударств во главе с вождями. В них выделялись две влиятельные прослойки - жрецы-брахманы, хранители ритуально-мифологической памяти, отправлявшие сложные культовые функции и пользовавшиеся о ...
