Рыцарство жило войной и неудивительно, что в культурных текстах эпохи война предстает в качестве самоценности. Известный трубадур эпохи Бертран де Борн оставил немало сирвент, воспевающих войну:
Ради чего весною ранней
Расцветают повсюду
Цветы и травы?
Чтобы дать всем знать:
Пришел славный сезон войны
Или же:
Мир мне не в сладость,
Война мне в радость.
Бертран де Борн
Воспевание войны обнаруживают многие культурные феномены средневековой Европы. Так, в рамках праздничных служб при Бургундском дворе в XV веке рождается традиция l΄homme arme ("песня о воине"). В качестве музыкальной эмблемы это песнопение поначалу распространилось среди членов ордена Золотого Руна. Затем было перенято капеллами итальянских княжеских дворов и даже использовано хоралами папской капеллы в Риме.
Характерная деталь - именно в литературной и поэтической лексике рыцарства, принадлежащего к той категории, что называлась вальвассорами и шателенами (представителями мелкого рыцарства), но никак не грандами, самоценность войны была исполнена очевидного и непреходящего смысла. Важно подчеркнуть, что уже в XII веке, когда Бертран де Борн писал свои знаменитые сирвенты, для многих эти смыслы были не безоговорочны. Неслучайно Данте поместил этого доблестного глашатая рыцарской воинственности в восьмой круг своего "Ада" в виде всех проклинаемого сторонника раздоров, носящего, как фонарь, свою собственную отсеченную голову. Видимо, отмечает Ю.Л. Бессмертный, осуждение войн и раздоров становится характерным в конце XII века не только для рыцарских писателей из королевского окружения (внутри которого один из современных Борну королей, Людовик VII, именуется, например, rex pacificus). Важно подчеркнуть, что по мере того как в Европе росли города, развивалась торговля, укреплялись позиции королевской власти, все чаще и целенаправленнее прибегавшей к политическим, а не только силовым способам отстаивания своих интересов, идеалы воинственности начали утрачивать былую силу, как, впрочем, и весь комплекс рыцарских ценностей, с ними связанных.
Эта новая ментальность явит себя в устах не только знаменитого "вселенского паука", французского короля Людовика XI, предпочитавшего искусству войны искусство политического слалома. Он, в ответ на укоры тех, кто не одобрял его нежелания в открытом бою встретиться со своим заклятым врагом, английским королем Эдуардом IV, сказал, что гораздо проще изгнал англичан, чем его отец, "накормив пирогами с дичиной и напоив добрым вином". Мы увидим разные лики этого нового ментального склада в поведении и установках многих представителей рыцарского сословия "осени средневековья". Однако в среде мелкого, небогатого рыцарства война как таковая представляла особую ценность не только в ранний период средневековья, но и значительно позже. Только благодаря войне эта категория рыцарей могла пополнить свое состояние. Но, что не менее важно, именно во время военных действий эта часть рыцарства имела особый шанс самоутвердиться. Тексты Бертрана де Борна прозрачно на это указывают:
Я, право, не зачинщик смут,
Хоть грандов побуждаю биться,
Ведь вальвассоры смогут тут
(И шателены) отличиться.
Для Радости причины есть:
Щедрее гранды и любезней,
Коль о войне заслышат весть.
И мира тем война полезней!
Щедрость смыкается со всем стилем общения грандов и рыцарей. Ю.Л. Бессмертный справедливо подчеркивал, что именно за этими строками культурного текста эпохи скрывается некий социальный контекст. Идеал отношений взаимопомощи и взаимоуважения, которые в реалии имели шанс дать о себе знать именно на бранном поприще, имел вполне определенную социально-психологическую почву. Именно война позволяла рыцарской молодежи и мелкому, небогатому рыцарству не только подтвердить свою воинскую удаль, но и оправдать свое социальное призвание, наконец, отстоять свое личное достоинство, доказать магнатам, что они люди "одной крови", равной смелости, отстоять свою независимость.
Новометодные школы
Капиталистический путь развития России, политические события в стране во второй половине XIX в и особенно в ХХ в. привели в движение все слои общества и дали небывалый толчок развитию политической и культурной жизни. В это время татарская национальная буржуазия Поволжья и Крыма решила стать просветителем «своих» туркестанских единоверце ...
Крымская война (1853 –1856 гг.)
Борьба европейских монархий с революцией лишь на время отвлекла их от восточных дел. Задушив совместными усилиями революцию 1848-1849 гг. державы Священного союза вновь обратились к восточному вопросу и сразу бывшие союзники стали друг для друга врагами.
Россия, памятуя о том, что она сыграла в подавлении революции главную роль, хотела ...
Эмиграция
Эйнштейн не без колебаний принял предложение переехать в Берлин. Но возможность общения с крупнейшими немецкими учеными, в числе которых был и Планк, привлекала его. Но политическая и нравственная атмосфера в Германии делалась все тягостнее и тягостнее, антисемитизм поднимал голову. В 1933 году, когда власть захватили фашисты, Эйнштейн ...
