В истории советской дипломатии были и остаются проблемы, не получившие, по ряду причин, должного освещения в отечественной историографии. В частности, недостаточно изученными остаются вопросы, связанные с оформлением и реализацией внешнеполитических приоритетов советского руководства в 1930-е гг. Внимание большинства исследователей привлечено к проблеме советско-германских отношений в 20-30 гг. ХХ века, а также к напряженной международной ситуации, которая сложилась накануне второй мировой войны. Достаточно сильным при оценке действий советской дипломатии в 30-е гг. является влияние штампов периода «холодной войны», как, например, «козни Коминтерна», «интриги Сталина и Гитлера», «сговор с агрессором» и т.д.
Появившиеся в последнее десятилетие работы Мунчаева Ш.М., Устинова В.М., Поцелуева В.А., Бережкова В.М., Барсенкова А.С., Вдовина А.И. позволяют по-новому взглянуть на механизмы принятия внешнеполитических решений советским руководством в отношении «капиталистического окружения».
Условия возникновения Советского государства в рамках мировой и гражданской войн, активного участия в этом процессе значительного числа иностранных государств и особенности большевистской идеологии с приоритетом в постановке задач общемировым устремлениям во многом обусловили цели и средства внешней политики СССР в 20 - 30-х гг. С одной стороны, будучи порождением мирового революционного кризиса, Советская Россия ориентировалась на разрешение мировых проблем, что проявилось в идее «мировой социалистической революции» [2, с.17].
Наиболее отчетливо эта линия видна в активной поддержке и руководстве советскими лидерами международной коммунистической организации - Коминтерна. С другой стороны, СССР являлся наследником Российской империи с ее очевидными национальными и государственными интересами, защита которых являлась естественной функцией всякого государства. Осуществление этой функции входило в задачу и политической системы СССР. Естественно, что наибольшее место в определении средств и методов ее решения принадлежало внешнеполитическому ведомству - Народному Комиссариату по иностранным делам (НКИД) [3, с.387]. Естественно и то, что интересы государственные и цели, вытекающие из идей "мировой революции", лежали в разных плоскостях, нередко противореча друг другу. Поэтому внешняя политика СССР оказывается внутренне противоречивой: "коминтерновская" и "нкидовская" линии в ней находятся в состоянии едва ли не постоянной борьбы. Эти две линии и стали направляющими во внешней политике Советского Союза, проводимой в 1930-х годах [6, с.311].
Возможные концепции присутствия
В свете вышесказанного первый вызов, стоящий перед Католической Церковью в России сегодня, - не поддаваться искушению воспринимать себя как "этническую" Церковь. То есть как Церковь для "нерусских". Никогда нельзя сводить Церковь к этническому аспекту. Этнический аспект отнюдь не может служить основанием для церковно ...
Ход восстания.
Рассматривая ход восстания, контрреволюционеры отмечают его быстроту. Причина ее проста: минимальное сопротивление со стороны правительства. В качестве эпитафии к деятельности последнего могут служить слова английского посла в Петербурге Дж.Бьюкенена: ”Малое число жертв и сравнительно лояльное отношение большевиков к пленным объясняется ...
Органы внутренних дел в период НЭПа. Органы НКВД РСФСР
По завершении интервенции и гражданской войны важным рубежом в процессе организационного развития системы органов внутренних дел, оформления их правового статуса стало принятие первого «Положения о Народном комиссариате внутренних дел РСФСР». Разработка его проекта велась с 1919 г. Однако сложная обстановка в стране и то обстоятельст ...
