В истории советской дипломатии были и остаются проблемы, не получившие, по ряду причин, должного освещения в отечественной историографии. В частности, недостаточно изученными остаются вопросы, связанные с оформлением и реализацией внешнеполитических приоритетов советского руководства в 1930-е гг. Внимание большинства исследователей привлечено к проблеме советско-германских отношений в 20-30 гг. ХХ века, а также к напряженной международной ситуации, которая сложилась накануне второй мировой войны. Достаточно сильным при оценке действий советской дипломатии в 30-е гг. является влияние штампов периода «холодной войны», как, например, «козни Коминтерна», «интриги Сталина и Гитлера», «сговор с агрессором» и т.д.
Появившиеся в последнее десятилетие работы Мунчаева Ш.М., Устинова В.М., Поцелуева В.А., Бережкова В.М., Барсенкова А.С., Вдовина А.И. позволяют по-новому взглянуть на механизмы принятия внешнеполитических решений советским руководством в отношении «капиталистического окружения».
Условия возникновения Советского государства в рамках мировой и гражданской войн, активного участия в этом процессе значительного числа иностранных государств и особенности большевистской идеологии с приоритетом в постановке задач общемировым устремлениям во многом обусловили цели и средства внешней политики СССР в 20 - 30-х гг. С одной стороны, будучи порождением мирового революционного кризиса, Советская Россия ориентировалась на разрешение мировых проблем, что проявилось в идее «мировой социалистической революции» [2, с.17].
Наиболее отчетливо эта линия видна в активной поддержке и руководстве советскими лидерами международной коммунистической организации - Коминтерна. С другой стороны, СССР являлся наследником Российской империи с ее очевидными национальными и государственными интересами, защита которых являлась естественной функцией всякого государства. Осуществление этой функции входило в задачу и политической системы СССР. Естественно, что наибольшее место в определении средств и методов ее решения принадлежало внешнеполитическому ведомству - Народному Комиссариату по иностранным делам (НКИД) [3, с.387]. Естественно и то, что интересы государственные и цели, вытекающие из идей "мировой революции", лежали в разных плоскостях, нередко противореча друг другу. Поэтому внешняя политика СССР оказывается внутренне противоречивой: "коминтерновская" и "нкидовская" линии в ней находятся в состоянии едва ли не постоянной борьбы. Эти две линии и стали направляющими во внешней политике Советского Союза, проводимой в 1930-х годах [6, с.311].
Хозяйственный и общественный строй восточных славян
География расселения восточно-славянских племен во второй половине I тыс. н.э. нашла отражение в «Повести временных лет». В VI−VIII вв. восточные славяне для защиты от внешней угрозы объединяются в территориальные союзы племен: поляне (средний и верхний Днепр); кривичи (бассейн Западной Двины); словене (Ильмень, Волхов); дреговичи ...
Оренбург и продвижение России в Среднюю Азию в середине – второй половине XIX века
Для русского правительства Средняя Азия являлась важным стратегическим районом, примыкавшим к индийским владениям Англии, здесь пересекались транзитные торговые пути. Возросла роль региона и как сырьевой базы в связи с прекращением поставки хлопка из США в период гражданской войны между Севером и Югом (началась в апреле 1861 г.). В совр ...
Ещё одна утопия В.И. Ленина
Однако весной 1921 г. Ленин и его окружение не предвидели такой радикальной перегруппировки различных экономических сил на рыночном поле сражения за выбор пути развития страны. Явно не желая расставаться с утопическим идеалом натурального продуктообмена и всеобщей уравниловки,
они планировали перейти от принудительного «продуктообмена ...
